Ясность тематического строения

Солдат пришел в родные места — и марш уступает место напевной мелодии, очень светлой, лиричной, но сдержанной. И потому вполне естественно звучит ее переход в тему солдатской песенки. Замечательно просто и выразительно передана в музыке встреча солдата с его милой. Когда девушка говорит с возлюбленным, не узнавая его, звучит вторая, более напевная часть песни-марша и уже затем — громко и торжествующе — ее начало на словах:
И вдруг, узнав мои черты

Под слоем серой пыли,

Она спросила: это ты?

Потом сказала: Вилли!
И следующая затем ликующая интермедия фортепиано говорит без слов о радости встречи после долгой разлуки [1]. В общей композиции песни-сценки она как бы выполняет функцию пантомимы.

Заметим, что ясность тематического строения, образующего четкую, сложную трехчастную форму (с контрастной средней частью типа трио, что весьма характерно именно для маршей), сочетается в этой песне с большей свободой тонального плана, очень освежающей восприятие многочисленных повторов. И в этой связи очень важно отметить, что длительно подготовляемая тональная реприза приходится как раз на ту самую «пантомиму встречи», о которой говорилось выше.

Если из двух действующих лиц «Возвращения солдата» музыкальную характеристику получает лишь главный герой, то в песне «Финдлей» нарисованы живые портреты обоих участников диалога. Почти зрительно ощутимо переданы здесь и легкие, крадущиеся шаги девушки и вся обстановка ночной встречи.

Песня Бёрнса «Финдлей» положена на музыку многими композиторами. Но все они видели только комизм этого странного любовного объяснения, где девушка говорит за двоих, а ее поклонник немногословен до предела.
[1] Не отражает ли эта песня, как и другие, близкие ей, одну из характернейших тем советского искусства послевоенных лет — тему возвращения на родину?
Свиридов увидел за комической ситуацией лирику и дал это почувствовать уже в маленьком фортепианном вступлении, очень хрупком и нежном:

5_html_6a0ac454

Эта «тема любви» проходит в варьированном виде еще дважды в виде лирических интермедий.

С большой психологической тонкостью и глубиной выражена вся гамма чувств девушки: от испуга и нерешительности к лукавому кокетству и затем — к непреодолимому стремлению навстречу любви. Есть что-то общее в этой сценке — в нежной хрупкости общего колорита, в характере мелодии-«говорка» — с песней Шостаковича «Дженни», о которой говорилось выше, в главе о творчестве Шостаковича. И, видимо, эта близость музыкальных образов рождена близостью трактовки самого песенного жанра, стремлением к его драматизации.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Выскажите своё мнение: