Облик Шапорина как мелодиста

Романсы из опуса шестого уже выявляют склонность композитора к элегической лирике, к теме воспоминаний, трактованной и в лирическом («На возвратном пути», «Последняя любовь»), и в лирико-философском плане («О чем ты воешь, ветр ночной»). В них определились и некоторые характерные стилистические черты: в иных мелодических оборотах, в манере декламаций мы уже ощущаем «почерк Шапорина». Однако индивидуальные черты тогда еще не нашли гармоничного выражения и в какой-то мере были заслонены чертами, являвшимися данью эпохе.

Прежде всего здесь еще недостаточно выявлен облик Шапорина как мелодиста. Не найдено соотношение между вокальной и инструментальной партией. Правда, мелодии романсов уже достаточно индивидуальны, типичны для Шапорина. Так, например, нисходящий мелодический оборот с характерным «зыбким» дуольно-триольным ритмом, который мы находим в разных вариантах в романсах «Последняя любовь» и «О чем ты воешь, ветр ночной» — близок многим темам более поздних сочинений Шапорина. Назовем главную партию первой симфонии, «тему Руси» из симфонии-кантаты «На поле Куликовом», тему «Каватины невесты» оттуда же:

3_html_700f6e0e 3_html_m2759a1a4

Но этот выразительный мелодический образ в тютчевских романсах еще не получает широкого развития. В романсе «Последняя любовь» его сменяют причудливые и не очень естественно из него вытекающие «изломы»:

3_html_63b3f09

Кроме того, фортепианная партия в этих романсах очень перегружена и трудна для исполнителя. Голос певца, таким образом, оказывается в довольно невыгодном положении. Надо оказать, что подобное соотношение голоса и фортепиано вообще довольно типично для лирики 20-х годов, в этом смысле продолжающей линию «пианистических» романсов Метнера. В тютчевских романсах Шапорина влияние Метнера чувствуется и в гармоническом языке, в некоторой его терпкости, в обилии «диссонансов голосоведения» и, прежде всего, в самом тоне лирики — «лирики размышления». Особенно чувствуется это в романсе «О чем ты воешь, ветр ночной», прямо рождающем ассоциацию с «Бессонницей» Метнера.

Названный романс, бесспорно, является лучшим, наиболее ярким и наиболее зрелым в опусе 6. Подробнее мы будем говорить о нем ниже, в связи с циклом «Память сердца»

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Выскажите своё мнение: